На нашем сайте появилось короткое видео. На экране — мужчина. Он смотрит прямо в камеру, и в его глазах нет пафоса, только тихая решимость и безграничная усталость от долгой борьбы.
«Меня зовут Иван. У меня онкология. Мне нужен противоопухолевый препарат Ниволумаб». А затем его супруга, Тамара, добавляет: «Стоимость курса составляет 86 390 рублей. И вводить препарат нужно каждый 21 день без перерывов. Ниволумаб спасет жизнь Ивана… Очень просим вас, помогите».
Эти 30 секунд — не просто обращение. Это самый честный и прямой разговор между человеком, оказавшимся на краю, и всеми нами. Здесь нет посредников в виде журналистов или ведущих. Есть только лицо, имя, диагноз и конкретная просьба. Это видео — суть всей истории. История, в которой мы уже стали соучастниками, и которую мы обязаны довести до конца.
Чтобы понять, за что именно идёт борьба, нужно увидеть того, кого пытается забрать болезнь. Иван Ашуркин — человек негромкого служения. Его путь с ранних лет был связан с верой, но не показной, а глубокой, внутренней, обращённой к людям.
Его молодость прошла в тишине и трудах храмов Псковской епархии, где он служил пономарём. Эта служба — не для зрителей. Это подготовка света, тихая работа в тени, чтобы для других совершалось чудо богослужения. Позже был долгий путь послушника в старинной Благовещенской Никандровой пустыни — мужском монастыре, где жизнь подчинена строгому укладу молитвы и труда. Здесь формировался его характер: стойкий, смиренный, устремлённый к внутреннему свету.
Сегодня Иван — студент 4-го курса Минской духовной семинарии. До болезни он нёс службу в храме в честь Софии Слуцкой в Минске, был опорой для прихожан и своей семьи. Его мечта была конкретна и ясна: стать священнослужителем, продолжить нести добро и утешение тем, кто в них нуждается. Он строил будущее — своё, своей семьи, своих будущих прихожан.
Всё это — не абстрактный портрет «хорошего человека». Это конкретные черты личности, которые позже стали его оружием: терпение, выдержка, вера. Но в 2023 году против него вышло оружие иного порядка.
Всё началось с тревожных, но вначале неочевидных звоночков: периодическая высокая температура, небольшое уплотнение. Как часто бывает, надежда на «само пройдёт» оказалась миражом. Состояние ухудшалось, и обследование вынесло приговор: классическая рефрактерная лимфома Ходжкина, нодулярный склероз, 3-я стадия.
Простыми словами — агрессивный рак лимфатической системы, который не реагирует на стандартную терапию. Мир Ивана сузился до стен Минского городского клинического онкологического центра. Первые линии лечения не дали результата. Опухоль не просто не отступала — она росла. Наступил момент, когда отчаяние стало tangible, осязаемым, как стены палаты.
Иван и его супруга Тамара не сдались. На последние силы, с помощью общины, друзей и семинарии, они нашли возможность пройти консультацию в филиале авторитетной израильской клиники «Хадасса» в Москве. Точный диагноз был подтверждён, и появился первый проблеск: был разработан новый план лечения. Но его стоимость была астрономической для белорусской семьи.
Началась изнурительная борьба на два фронта: против болезни и за средства на лечение. Часть терапии проходила в Минске, часть — в «Хадассе». В 2024 году Иван прошёл курс высокодозной химиотерапии с таргетным препаратом. И снова удар — опухоль ответила ростом, выйдя за первоначальные границы. Казалось, надежды не осталось.
Именно тогда врачи «Хадассы», проконсультировавшись с израильскими коллегами, предложили последнюю соломинку: препарат Ниволумаб (Опдиво). Это современный иммунопрепарат, который не травит организм, а помогает собственной иммунной системе распознать и уничтожить раковые клетки. Но в Беларуси он не зарегистрирован. Его нужно покупать за рубежом, и стоит он колоссальных денег.
Начался сбор. Помогали все: знакомые, незнакомые, приход. История Тамары Григорьевны, супруги Ивана, потрясает: «…одна незнакомая девушка отдала деньги на всю химиотерапию. Только благодаря сердцам всех этих добрых людей мой супруг получил два первых курса препарата».
И случилось то, во что уже почти не смели верить. После введения Ниволумаба опухоль начала стремительно уменьшаться — на 70–90%. Это был не просто эффект, это было чудо, материализованное благодаря науке и человеческой доброте. Это чудо открыло новую дверь: в апреле 2025 года Ивану смогли провести пересадку костного мозга в Минском научно-практическом центре. Операция прошла успешно, и регресс опухоли продолжился.
Но рак — коварный противник. Консилиум ведущих онкологов Республиканского научно-практического центра онкологии в Боровлянах был категоричен: чтобы закрепить победу и добиться стойкой ремиссии, введение Ниволумаба необходимо продолжать в течение целого года. 18 инъекций. Каждые 21 день. Без перерывов. Без права на ошибку или отсрочку.
«Пропускать инъекции нельзя. Их необходимо вводить каждые 21 день. Всего 18 инъекций. Если пропустишь — всё, как будто ничего и не делал. Это будет конец», — говорит Тамара Григорьевна.
В этих словах — вся суть драмы. Время превратилось в главного врага и главный ресурс одновременно.
На момент написания этой статьи Иван уже получил несколько жизненно важных инъекций. Лечение работает. Он сам говорит, что самое сложное — «не давать падать в уныние». Его супруга отмечает, как изменилось его состояние:
«Он совсем по-другому стал чувствовать себя… и настроение такое хорошее, бодрое появилось. А самое главное — те огромные опухоли… они ведь практически исчезли!».
Он даже смог съездить в семинарию и сдать несколько экзаменов. Это ли не доказательство того, что мы боремся за полноценную жизнь, а не просто за продление страданий?
Но вот сухой и беспощадный финансовый расчёт:
Как работает наш сбор? Мы не ждём, пока накопится вся сумма. Это принципиально важно. Как только на счёт Центра помощи «Вера» поступают средства, отмеченные пометкой «Иван Ашуркин», и их хватает на покупку одной дозы препарата — мы немедленно переводим их на специальный благотворительный счёт семьи. Иван и Тамара оперативно покупают лекарство и везут его на очередное введение. Так мы уже обеспечили несколько последних инъекций. Это система точечной, но жизненно важной поддержки, работающая в режиме реального времени.
Теперь представьте: у нас буквально «чуть-чуть» до завершения полного сбора. Но это «чуть-чуть» — это не просто цифра. Это конкретные, оставшиеся до полного курса, дозы. Каждая недособранная сумма — это риск сорвать график в будущем. Мы должны закрыть эту финансовую брешь, чтобы Иван и Тамара могли дышать полной грудью, думая только о лечении, а не о завтрашнем сборе.
Возможно, читая это, вы задаётесь вопросами.
Иван сражается на передовой этой войны. Врачи дают ему оружие. А наша задача — обеспечить бесперебойную доставку этого оружия на передовую. Каждый 21 день. Каждый рубль — это патрон в этой битве. Мы почти у цели. Давайте сделаем последнее, решающее усилие.
Сбор закрыт!
